СЕКРЕТ

У Великого Сражения за Книгу Комиксов было одно непредвиденное побочное последствие, важность которого я понял лишь намного позже.

Дело в том, что мы с Юань Кваем впервые полностью вышли из строя. Прежде ни один из нас не болел серьезно, и мы были раздражены теми ограничениями, с которыми внезапно столкнулись: никакой нагрузки, никаких занятий - лежи в постели, не шуми и не устраивай никаких проделок Единственной приятной стороной наших ранений стало то, что Самая Старшая Сестра и две другие девочки решили заботиться обо мне: прикладывали лед к шишкам, приносили гостинцы и всячески баловали меня, чего не случалось с тех пор, как мама уехала в Австралию. Сходным образом обращались и с Юань Кваем. И мы неожиданно задумались на совершенно новую для нас тему.

- Эй, Юань Квай, ты когда-нибудь думал о том, отличаются ли мальчики от девочек, - поинтересовался я. Юань Квай сел в постели и подоткнул под спину подушку, резко задышав от боли в избитых мышцах. На время выздоровления нас разместили в боковой комнате, предназначавшейся для гостей. Там были настоящие кровати, а само помещение примыкало к "комнате старших сестер", где жили девочки старшего возраста. По какой-то причине Госпожа требовала, чтобы Учитель переводил девочек определенного возраста в отдель-ную комнату. - Конечно, Длинный Нос, - немного подумав, сказал Юань Квай. Во-первых, у мальчиков удар сильнее; во-вторых, они быстрее едят; в-третьих, девочки всегда просят прощения, а мальчики - нет. И в-четвертых, девочки делятся друг с другом едой без всяких ссор. - Да я не это имел в виду, идиот, - воскликнул я. - Ты когда-нибудь видел, как выглядят девочки без одежды? - Голыми, что ли? - А что еще может означать "без одежды"? - Ну, конечно, видел, - ответил он, стараясь, чтобы его слова звучали равнодушно и пресыщено. - Постоянно вижу. - Ну да! - уязвлено заметил я. - Раз ты так много видел, может, скажешь, чем они отличаются от нас? Юань Квай покраснел. - У них нет пениса, - сказал он. - Чего? - переспросил я. Пиписки. У них нет пиписок, - повторил он. - Как же они ходят в туалет? рассмеялся я. Юань Квай метнул в меня подушку. - Да заткнись ты! Откуда мне знать? - заорал он.

Мы не смогли придумать ничего лучшего и решили, что должны узнать все наверняка. Это потребует некоторых усилий, но разгадка Большого Секрета Девочек была под рукой.

Вы можете подумать, что мы были весьма простодушны, если до сих пор ничего не знали о мужчинах, женщинах и сексе. В конце концов, даже в те времена большинство детей уже к двенадцати годам имело прекрасное представление о том, как устроено их тело. Однако мы не ходили в школу. У нас не было времени на игры. И, кстати, кто мог все это нам рассказать? Учитель? Госпожа? Если бы мы задали им самый невинный вопрос на эту тему, то, вероятнее всего, нас выпороли бы до полусмерти.

Таким образом, нам предстояло выяснить все самостоятельно, а это было намного сложнее, чем можно себе вообразить. Дня нас мальчики и девочки были почти одинаковыми. Конечно, мы знали, что мальчики и девочки ведут себя по-разному, но вплоть до тринадцати лет или около того все мы находились в одинаковом положении: мы вместе тренировались, вместе переносили наказания и даже спали в одной комнате, бок о бок Единственными раздельными помещениями были туалеты и душевые.

В большинстве общих занятий мы по привычке делились на "братьев" и "сестер", но мы, мальчишки, считали девочек чем-то вроде худшего варианта самих себя. Девчонки много плакали - еще больше, чем Юань Бяо, - и, честно говоря, вообще не очень-то нас интересовали.

Однако теперь я исполнился решимости докопаться до самой сути всей этой проблемы мальчиков и девочек. Когда остальные ученики вернулись со спектакля, мы с Юань Кваем прихватили с собой несколько приятелей из числа младших учеников и посвятили их в свой план. Мы не рассказали о нем ни Юань Луну, ни другим старшим уче-никам - прежде всего потому, что они, несомненно, принялись бы потешаться над на-шей отсталостью.

План был достаточно прост: душевая девочек была снаружи, на балконе, тянувшемся вдоль зала. Это была довольно ветхая конструкция, которая постоянно протекала, отчего на балконе оставались большие и весьма глубокие лужи воды. Хотя Учитель запрещал мальчикам болтаться на лестничной площадке, которая вела к душевой, я обратил внимание на то, что, если смотреть в лужи под верным углом, они предоставляют отличный обзор того, что творится внутри.

Старшие сестры обычно принимали душ последними, после младших. Пропустив собственное купание, мы тихо прокрались к краю балкона - туда, где горящий в душевой свет превращал темные лужи воды в великолепные зеркала

- Не шумите, - прошептал я Юань Бяо и другим младшим ученикам. В душевой зашумела вода. Через какое-то мгновение та, что находится в душе, встанет под душ, и мы увидим, что там есть у девочек. Мелькнуло розовое тело, и мы задержали дыхание - а потом разочарованно выдохнули. Девушка повернулась к нам спиной!

- Ну, давай же, развернись, - сказал Юань Квай, выбирая позицию получше на тот случай, если она это сделает. Я оттолкнул его назад, но он успел мельком взглянуть на лицо купающейся.

- Боже мой, это Госпожа! - в ужасе прошептал он. Самый младший брат взвизгнул и помчался прочь; за ним неслись Юань Бяо и наши остальные любопытные спутники, а следом и мы с Юань Кваем.

К несчастью, Госпожа услышала шум, когда мы пытались потихоньку улизнуть. Она закричала. Едва мы спустились с лестницы, в двери ворвался гнавшийся за нами по пятам Учитель. На следующий день мы с Юань Кваем уже вернулись к занятиям - и вовсе не по-тому, что полностью выздоровели; просто нам было очень больно сидеть.

После провала нашего первого исследования разницы между полами мы очень долго не решались предпринять новую попытку. Хотя нас окружали девочки нашего возраста, общие трудности жизни в Академии заставляли нас видеть в своих сверстниках противоположного пола только родных сестер, а не потенциальных жен или сексуальных партнерш. К тому же мы очень редко общались с мальчиками и девочками вне стен Академии. Кроме того, нам попросту не хватало ни времени, ни сил на нечто большее, кроме любопытства.

Таким образом, после первого приступа острого интереса, вызванного началом отрочества и нашей карьеры оперных исполнителей, подростковые годы текли относительно спокойно - один день сменялся точно таким же. Нужно было управляться с едой, совершенствоваться в мастерстве и играть в спектаклях. Время от времени этот замкнутый круг нарушался какими-либо развлечениями, которые обычно приводили к наказаниям. Однако и наказания давно стали обыденными. Вообще говоря, по мере того, как и мы, ученики, и сам Учитель становились старше, побои случались все реже и реже - вероятно, потому, что воспитание тридцати своенравных ребятишек физическими методами было занятием, требующим полного рабочего дня.

Разумеется, время от времени одни ученики приходили, а другие покидали школу. Однако их лица и имена быстро забывались, и никто не стал мне достаточно близким другом, чтобы по-настоящему скучать. Что касается меня и других Счастливчиков, то мы сами старались выбросить из головы любые мысли о том, чтобы уйти из школы.

До тех пор, пока не произошел несчастный случай с Самым Старшим Братом.